Человек снесёт всё, кроме яйца.
Третий класс.
Объект моей любви переезжает на новую квартиру. Мнусь около. Робко предлагаю:
- Давай адресами обменяемся?
Объект:
- Я не знаю своего нового.
Я:
- А телефонами?
- У нас там нет.
Пора бы уже понять не хотят меня ни в каком виде. Но я упрямый, как баран. Топчусь жалобными глазами поглядывая из под бровей. Объект вдруг:
- Давай фотками на память обменяемся.
Я, балбес, как за соломинку:
- Да! Но… отец мне не даст.
- А ты сам возьми.
- Без спроса что ли? (наивный был, чистый)
Объект пожимает плечами:
- Ну, нет, так нет.

У меня отец сам фоткал и сам проявлял и печатал. У него такой чемоданчик был со всякими штуками. И ванночки из стекла разного. В ванной закроется в темноте. Я стучу:
- Пап, пусти, я тихонько смотреть буду.
Откроет:
- Проходи, только ничего не трогай.
А там, как волшебство. Красный свет. Вода в ванночках, пинцеты, растворитель, проявитель. И он, как волшебник. Чистую бумагу берет, окунает по очереди то туда, то сюда. И смотришь – там изображение проявляется.
- Пап, а можно я тебе помогу?
- Да. Вот, прокручивай между валиками (лишнюю воду убирай) и вешай на прищепку сушить.
Я горд – помощник волшебника!
А потом вечерами мы по альбомам раскладывали. Не было тогда плёнок под которые, как в кармашки можно было засовывать. Уголки были, как марки с клеем на обратной стороне. Лизнёшь и клеишь на картонную страницу. Наклеил четыре по размеру фотки, просунул уголками в них листок – вот и фото в альбоме.
А ещё папка по несколько одинаковых делал и в коробочки складывал.

Ну, так вот. Пришёл я домой, а в душе свербит – лубов. Отца дома нет, на работе. Да и как я у него попрошу то, что скажу? Пап, я влюбился и хочу на память фотку подарить… стыдно. А без спросу брать не стыдно, значит.
Полез я на полочку. Взял коробку, открыл. Нашёл три одинаковых фотки, взял одну. Думаю: их три, папка, авось, не заметит. И на крыльях к объекту своему.

- Вот! – весь прямо сияю, протягиваю.
А он:
- Я забыл тебе принести. Потом дам.
Я:
- Когда, ты ж уезжаешь сегодня вечером.
- Вот вечером подходи, я дам.

Мотался до вечера с таким чувством, что украл мировой запас золота Советского Союза. Внутри, как железом по стеклу. Поужинали мы семьёй. Сели телек смотреть. Я не выдержал. Говорю отцу:
- Пап, а зачем ты по нескольку одинаковых фотографий делаешь?
- Ну, - отвечает, - родственников у нас много, я им пересылаю. Они хотят знать, какие вы с братом растёте.
Я киваю.
- Пап, а если одной не хватит? – издалека так.
Отец:
- Почему это не хватит, я всё рассчитываю.
- Ну, а вдруг, одна потеряется? – а сам в глаза смотреть не могу.
Отец так внимательно взглянул и говорит:
- Не может такого быть. Только если кто-то без спросу ей ноги приделает.
Я молчу. Он тоже. И напряжно так. В общем, не выдержал я, сказал ему, что взял одну.
Он не кричал, ремнём не махал (он вообще меня ни разу в жизни пальцем не тронул), а просто перестал со мной разговаривать на целый день. Конечно, никуда меня вечером не пустили. И объект мой благополучно отбыл в неизвестном направлении.

В общем наказан я был по полной. Мало того, что папка молчал. Так на следующий день в ельнике, неподалёку от дома моей первой любови, обнаруживаю кусочки своей фотки. Мелкие такие, жалкие, прям, как я в тот момент. Ревел, собирая их, как говорят, белугой.

« Первая любовь верны мы были ей, но время зло для памяти моей. Чем больше дней, глубже рана в ней…» Не про мою это, нет.

@настроение: позывные из глубин памяти

@темы: любовь