03:47 

Люблю я макароны и кто ж меня осудит....

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Салаты Новогодние достали за праздники так, что казалось, от них не будет спасу. У нас же как, по малу делать себе в убыток. Надо чтобы тазиками оливье стройными рядами стояло. У меня семья не большая. Пригласили только своих. Но всё равно осталось всё, столько, что ели до сегодня. А сегодня я утром взглянул на крабовый с мимозой и схватился за аптечку. В общем, к вечеру захотелось мне нормальной человеческой еды. Но вся человеческая еда была ингредиентами в салатах. Поэтому я рьяно рылся на полках и, о счастье, откопал длинные тонкие макароны, заботливо забытые в распечатанной пачке между консервных и иных банок. Не остановило даже то, что они китайские и рисовые.
- Мать, - кричу, - еду человеческую будешь?
Она мне:
- Картошечку что ли?
- Не, кричу в ответ, - я столько из салатов не наковыряю. Макароны, - ору, как одержимый и потрясаю зажатыми в горсти длинными белыми соломинками.
- А доедать салатики кто будет?
Риторический, конечно, вопрос.
- Ма, если хочешь, чтобы я после праздников выжил, я пас. Макароны и точка!
- Испортятся салаты, – она мне.
- Пусть. В противном случае испорчусь я, - как-то жалобно, виновато, что не запихиваю её на семь дней рассчитанную стряпню в себя.
- Ну, ну, - сказала она так многозначительно, как будто знала что-то, что только предстояло узнать мне.
Готовлю я с большим « удовольствием». Поэтому за приготовление макарон я принялся, как за неравный бой. Нашёл кастрюлю, налил воды, поставил на плиту, и ждал, когда она закипит. В общем, посолил, подлил масла, засунул, упирающиеся в края кастрюли и не желавшие явно «купаться» рисовые макароны.
В течении нескольких минут топил их щипчиками для захвата пирожных. * сказал-то как, как будто бы они применяются в военных целях*. Когда длинное безобразие всё же утонуло, прикинул, что взял, как-то мало* весь день не жрамши, мозги не работают.* Сунул остатки туда же и притопил, со словами: сворачивайтесь черви белобрысые, или я за себя не отвечаю!
Стоял над кастрюлей, пытаясь щипчиками перемешивать и расклеивать, склеивающееся в поленницу тонких прутиков, безобразие. Исходил слюной. Время от времени вылавливал пару. Поднимал над кастрюлей, дул и ловил зубами. Затягивая внутрь и жуя хрустящее, как тогда казалось, стекловолокно.
И вот оно – свершилось. Вытащив, в очередной раз, пару штук, ощутил на вкус упругое, но в то же время, мягкое волокно макарон. Бухнул тарелку и начал шпицами загребать и, поднимая кверху, сливая воду, выкладывать.
Их оказалось столько, что вскоре на тарелке образовалась гора. Последняя порция сорвалась с щипцов и вязко шлёпнувшись мне на джинсы, прилипла белыми беспорядочными шнурками, не меньше, на краю штанины. Безжалостно отодрал и жадно отправил в тарелку. Бухнул сливочного масла сверху и, размешивая, почему от ощутил себя, так, как будто сварил, чей-то белобрысый парик. Длинные белые тонкие запутанные волосья свисали с вилки и тянулись вниз, так как будто этим париком мыли коридор. Но пахло аппетитно* конечно целый день не жрамши – и парик слопаешь*.
В общем размешал. Сел. Принялся кидать закрученные на вилку белые гнёзда. Насыщался сначала, даже не жуя, маленькие макарошки проскакивали комками и приятно падали в желудок. Затем, начал пережёвывать. Потом. Стал брать порции на вилку, поменьше. После, уставился на тарелку, понимая, что это великолепие мне не одолеть одному. Ибо то, что упало в живот, кажется, там ещё больше начало разбухать. И я испугался, что к утру это безобразие полезет из ушей. Поэтому срочно пошёл делиться.
Вот права пословица – жадность фраера сгубила. Меня - так почти.)

16:49 

Это судьба?

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Не могу попасть на форум и не могу понять причину. И она именно моя, все спокойно заходят и флудят, играют. Спасибо судьбе - должен ли я сказать так? Это мне что, Новогодний подарок такой? Раздражение поднимается просто посекундно. Спокойно, Лёлик, усе сядем...(с)

13:17 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
С Новым годом, любимые мои! Пусть в Новом году сбудутся все желания!

02:18 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Устал. Позаботьтесь обо мне, а?)

16:12 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Есть люди которым, если не насрать никуда ни разу в день, то значит он его зря прожил... И ник-то какой! Создаётся впечатление, что это не от условностей, а от воспитания. Причём полная и безоговорочная. А я ведь его уважал...в начале.

21:07 

Человек снесёт всё, кроме яйца.

00:08 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
У нас просто договорённость, просто договорённость....непросто перетекающая с моей стороны уже в нечто, чего я боюсь....

16:46 

Прынц недоделанный....

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Было это под Новый год. Класс четвёртый-пятый мне тогда шёл. В общем, общешкольная ёлка. Ну, костюмы тогда так свободно в продаже кА сейчас не продавались. Кому матери шили, кто просто приходил в свитере и мишуре. А я выпендриться решил. В общем, оттяпал от подкладочной ткани. Которую маман купила для того чтобы себе юбку сшить, достаточный такой кусок. Корпел над ним почти день. Первую половину думал, куда нитка в иголку вставляется. Вторую как этим безобразием вообще после пользоваться. Шить начал на второй день. Пришил к куску чёрную ленту. Залез к матери в комод и безжалостно спёр эластичные колготки. С первой парой не получилось. Я ж не знал тогда, что если прорезать, то петли поедут во все стороны. В общем, лишил мать двух пар. Выгладил свои треники, не важно, что с пузырями на коленках. Натянул так нехило, в ботинки заправляя, и ничё, легли как влитые. Водолазку братову одел еле-еле. Он младше меня, худее значит, но мне нужно было, чтобы в обтяг и чёрное. Рукава по локти, да и шут с ними отцов галстук чёрный стянул и на шею, пиджак у соседа выпросил он меня на два года старше, у него уже костюмы были. Материны парчатки кожаные чёрные на лапы. В общем, чтобы не видно было, что всё не по совсем моему размеру, я кусок ткани на ленте на плечи приспособил – а-ля пласч!
И, этим добром пришёл в школу. Все переодеваются к празднику. У нас конкурс костюма. Ну и я соответственно, добро своё выложил, напяливаю. Ребята увидели неполный вариант, без колгот и давай ржать:
- Прынц недоделанный!
А я пыхчу, и последнюю деталь не надеваю, поглядываю, молча, типа хорошо смеётся тот, кто смеётся последний.
Пригласили всех в зал. Я тоже потопал, не пукнуть не вздохнуть, боюсь, что треники из ботинок вылезут, или водолазка порвётся. В общем, все сели, я стоя смотрю спектаклю. На себе насмешливые взгляды то и дело замечаю. Прынц не прынц, но выгляжу-то смешно, действительно недоделано. Если прынц, то где корона, шляпа на худой конец, почему ботинки, а не сапоги? В общем, чучело огородное. Подходит всё к кульминации.
- а сейчас объявляем конкурс костюмов. Кто хочет принять участие, поднимайте руки – объявляет ведущая.
Я так в уголок отошёл, приладил колгот с дырками для глаз на голову. Повернулся и так руку вверх:
- Я!
Обернулись на меня. Шумок по залу. Иду я по проходу и слышу голоса узнавания:
- Фантомас, фатомас, фантомас…
а у самого сердце глухо так в грудную клетку бах, бах, бах. И улыбаться нельзя, ведь роль держат надо.
В общем, первая премия, за находчивость, и разговор дома с матерью по первое число.
Но ощущение триумфа до сих пор у меня внутри.

@темы: Это было, было

03:43 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Как-то тревожно, причём тревожно как-то по-детски, ну, может, не совсем по-детски. Тревожно, словно на пороге каких-то событий, не очень хороших, которые возможно случаться, а возможно, нет. И точно знаю, что если случаться, я справлюсь. Это чувство старое, оно острое, и одновременно такое ватное. Постоянно, где -о на кромке мозга. Не думаешь, целый день о нём, но присутствие чувствуешь. Как с больным зубом, который уже и не болит, но то, что он там есть, в отличие от других, ты чувствуешь. Неприятно.
Я помню, когда мы семьёй путешествовали на автомашинах. Мне тогда было что-то около шестнадцати, брату ,значит, девять. Остановились на ночлег у Днепра. Берег такой ровный, палатку разбили в шагах, как мне сейчас кажется, пятнадцати от кромки воды, поужинали, и спать. А ночью ливень, как из ведра, и ветер. Я помню, проснулся, лежу и слушаю, как льёт и как шумит волнами Днепр. Близко так шумит. Вот тогда тоже было такое чувство опасности, которая рядом, почти уже подошла. Лежал и думал, анализировал ситуацию: в палатке три надувных матраса, машина рядом припаркована. Я плавать умею, отец, что в машине спит, тоже. В общем если что, то на первых порах мать с браткой продержаться, пока я их вытаскивать из палатки поплывшей буду. А там и батяня подоспеет. И представляешь, успокоился и заснул. Уверенно так заснул, уверенно, что смогу.
Вот и сейчас, уверен, что всё смогу сам.

03:06 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Господи, как же я устал. Одно желание – уйти отовсюду, откуда ещё можно уйти. И никогда больше ни во что не ввязываться. Какой тяжёлый год, особенно, его конец.

14:55 

ОТЦУ.

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Вспоминаю отца, очень часто вспоминаю отца, особенно в последнее время. Когда он был жив я не чувствовал с ним такого единения. Мне казалось, что мы идём по жизни не вместе, просто параллельно. Он своей дорогой, я своей. Но стоило ему уйти, как я понял, что эти пути не были параллельными, что он как стержень шёл вперёд, а я наматывал и завязывал вокруг него петли, продвигаясь с помощью него по жизни. Это было так ненавязчиво, что казалось наши пути не имеют точек соприкосновения. Но всегда когда он был мне нужен, он оказывался рядом. Сейчас, когда его нет, я пытаюсь зацепиться петлёй, но понимаю, что не за кого, что сам обязан теперь быть таким стержнем для своей матери. Я жалею о каждом мгновении, которое мог провести с ним рядом и не провёл, о каждом слове, что мог сказать и не сказал.
Он был скрытным человеком, нет, он не скрывал ничего от нас материального, ну кроме подарков, которые всегда покупал заранее. Он скрывал эмоции, переживания. Всегда старался выглядеть твёрдым, словно щит для своей семьи. И он был таким. Это очень явственно я понимаю теперь.
8 июня за несколько часов до своей смерти, он собрал нас вместе. Меня мать и младшего брата. Он стоял у кровати, худой(47 кг, вместо его 75) измученный болезнью, но не сдавшийся до последнего. Теперь я понимаю, что он знал, точно знал, что через несколько часов он нас оставит. Он собрал нас, стоя не очень твёрдо на ногах и прежде чем лечь спать он сказал, как любит всех нес, назвав каждого по имени и обнимая так тепло, как никто никогда в моей жизни.
Через четыре часа он стал задыхаться во сне. Через двадцать минут его не стало.
Я люблю тебя отец! Я помню, и я благодарен тебе за то, что ты был в моей жизни. Я тебя люблю!

16:44 

Преддверье.

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Магазины одеваются в гирлянды и ёлки. Мелкий снег пока ещё робко выглядывает из-за бордюров, ямок, подножья деревьев. Но настроение неизменно клониться к Новому году. Очень люблю это время. Преддверье. Ещё глубокое преддверье, но оно уже поселилось в сердце. Мой любимый праздник – Новый год.
Когда я был маленьким, Новый год был с мандаринами, которые появлялись в это время, как будто бы где-то в занесённых снегом садах поспевали эти меленькие тыковки. И хурма. Закалённая на морозе и от этого становящаяся ещё слаще.
Неизменный финский сервелат, тонко порезанный и разложенный на хрустальном блюде слишком сильно раскрытым веером, чтобы казалось, что его много. Бутерброды с маслом и небольшой прослойкой красной, редко, чёрной икры. И ёлки, ёлки, ёлки.
У меня до сих пор та ёлка. Высотой под два метра – верхушка упирается в потолок. Три года тому назад хотели заменить, но сердце не смогло предать. Ветки тонкие и иголки небольшие, как у настоящих не финских, или каких там, ёлок. Теперь таких не делают. Теперь всё пушисто и даже в непривычной цветовой гамме. И украшают одними шарами, например, одного цвета. Нет. Я не смог выкинуть своё новогоднее чудо.
И в этом году, как и в прошедших, в углу будет стоять двухметровая куцая зелёная ёлка, обсыпанная множеством фигурных игрушек и шаров, разной давности. Есть ещё даже послевоенной поры.
Преддверье. Я уже чувствую, как пахнет любимым праздником.

05:57 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
всё

04:40 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Я знал и помнил. Я хотел и сделал....а он - нет.

03:41 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Все, кто любят, все со мной. Спасибо вам и простите, когда совсем эгоист)

04:31 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Вперёд. Не смотри в зеркало. Оно лжет. Ты всё можешь.

02:55 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Иногда хочется самоубиться, здесь в вирте, но живёшь, наказывая себя этим за все ошибки. Мазохист скрытый…очень глубоко. * Вздохнул*. И больно видеть, и глаз не оторвать. Любишь ты себя, любишь своё эго. Как брат говорил. Иначе давно бы плюнул, забыл, ушёл, насрал три кучи…на что надеется? Всё. Конец. И не смей обвинять никого, даже там глубоко в душе, да, о какой душе речь?! Ты сказал – хочу быть подле. Так будь. Крошки с барского стола, для тебя сейчас тоже еда. Лучше, чем подыхать с голоду. Или нет? Не можешь летать, так бегай! Сломал ногу, так скачи на одной ноге! Давай, всё хорошо, ты рядом. ты дома. Только не смей распускать нюни! Они никому не нужны...

02:40 

Касательно врачей....

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Дело было вечером, делать было не чего. Нет совсем не так. дело было …* задумался* два, кажется, года назад. Пошёл я от предприятия диспансеризацию приходить. Ну, прошёлся по всем кабинетам. Всё как всегда: заходишь. Врач
- Жалобы есть? – причем, даже не смотря на тебя.
- Нет.
- Давайте карту.
Вжик чик нанизали на бумагу чернильные кружева, которые фиг, если даже захочешь, разберёшь, печать бах.
- Следующий!
Ну вот. Не долго, в каждом кабинете, но пол дня как кошка языком. Последним обычно, что проходят? Правильно флюорографию.
Топ, топ, тут, тук.
- Проходите. Раздевайтесь по пояс. Вдохнуть. Не дышать. Дышите. Результат в соседнем кабинете. До свидания.
Иду в соседний. Выдыхая, что всё. Конец. Домой, наконец-то. Сажусь.
- Здравствуйте доктор, - улыбаюсь, чего грустить то, не первый год прохожу всю байду эту. Ща, печать в диспансерном листке стукнет, в карте черкнёт и домой. Всё половина рабочего дня моя по праву!
А доктор и не думала вовсе так. Уставилась она в экран монитора и заботливо так:
- У вас пневмония была?
- Нет, не было никогда, - говорю.
- Астмой не страдаете?
Какие-то подозрительные вопросы, которые никогда не возникали до этого.
-Нет, - любопытно же до дрожи в коленях, - а что?
И тут она мне выдает (отец у меня к тому времени скончался как несколько месяцев назад от рака).
- Опухоль у вас подозрительная в правом лёгком.
Уставился я так на неё, и слушаю как сказку, так, как будто не про меня речь.
- И что? – ещё не осознавая сказанного полностью.
- Не знаю, - говорит доктор – надо в справочнике посмотреть.
- Смотрите, - говорю, а сам так ногу на ногу, словно ничего и не случилось.
Копается она в справочнике и комментирует то, что там видит.
- Это не то, это не так, это вообще не похоже, и это не здесь.
В общем, искала минут семь. Потом говорит. Я не знаю что это. Идите в другую поликлинику на рентген. И направление мне чирк. Взял я направление и пошагал так бодро, до выхода с поликлиники. А на улице привалился к дереву и воздухом дышу.
В общем, сделал я рентген, только ничего на нём не видно так чтобы наверняка. Пришлось записываться на компьютерную томографию. По записи долго ждать, а у меня нервы не железные. Пришлось платить, чтобы сразу. Вот ведь как у нас. Бесплатно – мест нет, а за деньги, они чудесным образом появляются. Будто вырастают. В общем, и КТ не пролил весь свет на моё истинное положение дел. Пришлось, платит за Болюсное, это когда тебе во время томографии вводят контраст в вену, чтобы он заполнил все сосуды и показал, опухоль ли это, или сосуд расширенный, заполняющийся контрастом так же как и все остальные. Неприятная процедура я вам скажу.
И ещё. Я понял тогда, когда всё это проходил. Ведь не за один день. Месяц тянулось всё, анализы всякие, поездки по больницам. За этот месяц я стал любить весь мир, так как не любил никогда. И пьяные компании у моего подъезда, и слякоть на дорогах, и мусор мимо урн, и машины, сигналящие в спину, чтобы быстрее через переход. Я увидел, как красиво падает снег на колею от шин, оставленную нерадивым водителем на газоне, услышал, как звонко сочно гортанно каркают вороны, почувствовал, как вязко греет пальцы чашка чёрного чая. И теперь, когда я вдруг чувствую, что теряю эти ощущение, я пытаюсь вспомнить себя того.
Оказалось всё банально. Аневризма. Врач заверил, что даже если она прорвётся, то меня успеют порезать на операционном столе до того, как я отдам богу душу. И я выдохнул. И купил бутылку дорогущего красного вина и выпил с матушкой, которой только потом рассказал, за что пили.
В общем, врачи…даже не знаю, что сказать. Теперь идя на банальный осмотр, внимательно смотрю за выражением их лиц. И да, надо к врачам, надо. Подлечусь и пойду себя любимого показывать. Пусть скажут.
- Всё в порядке, год ещё протянешь, а потом приходи, посмотрим, продлевать ли до следующего))))

17:13 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Заболел. Сильно. Насморк перетёкший, боюсь, что в гайморит, дал осложнение на зуб, который ноет, не давая ни минуты покоя. Что-то случилось с бедром. Хожу с трудом. Боль в суставе, соединяющем ногу с задницей, как при судорогах. Общее состояние раздражения и готовности взорваться не хуже ядерной бомбы. Жажду жалости и срываюсь на людях, которые мне её предоставляют. Теперь я настоящее чудовище.

17:34 

Человек снесёт всё, кроме яйца.
Говорю с тобой через него, только за мимолётно брошеное слово. Бред... Но, мне так легче. Признаю снова - я эгоист.

Жить легко очень трудно.

главная